Квартира Карима Рашида в Нью-Йорке, 47м²

Карим Рашид купил в Нью-Йорке квартиру размером всего 47 м² и оформил в своем фирменном стиле — очень ярко, но практично.

Карим Рашид Родился в Египте, рос в Англии и Канаде (там он как раз освоил профессию дизайнера), а живет уже давно в Америке. Называет свой стиль “чувственным минимализмом”. Дизайнер избегает углов и натуральных материалов, обожает пузырчатые формы, все виды пластика, кислотные и неоновые цвета. Знаменит своими розовыми и белыми костюмами и татуировками, рисунки для которых он, разумеется, тоже придумывает сам.

Клиенты Карима Рашида разбросаны по всему миру, от Бразилии до Арабских Эмиратов, у него есть офис в Китае, и ему часто приходится работать в самолетах. У себя дома в Нью-Йорке он бывает не так уж и часто, что не помешало ему завести в придачу к семейной квартире еще одну квартиру-малютку. Дизайнер рассматривает ее как инвестиционный проект и планирует использовать в роли гостевой. 

Впрочем, во всем остальном, кроме размера, она, как родная, похожа на его основное жилище. Рашид не раз заявлял, что занялся дизайном потому, что большинство существующих в мире предметов слишком уродливы, так что все его интерьеры представляют собой усовершенствованный хозяином дивный мир будущего – ­яркий и жизнерадостный.

Квартира почти целиком обставлена вещами по дизайну Рашида. Исключение сделано лишь для нескольких предметов, таких же футуристичных, как и его собственные творения. В данном случае это кресло по дизайну Джо Коломбо, диван-губы Gufram и вазы Этторе Соттсасса.

Почти вся мебель и аксессуары в гостиной сделаны по дизайну хозяина. Исключение составляют кресло Multichair, созданное Джо Коломбо для B-line, и диван Canapé Dark Lady, дизайн Studio 65 для Gufram. За полупрозрачной перегородкой просматривается спальня.

Почти вся мебель и аксессуары в гостиной сделаны по дизайну хозяина. Исключение составляют кресло Multichair, созданное Джо Коломбо для B-line, и диван Canapé Dark Lady, дизайн Studio 65 для Gufram. За полупрозрачной перегородкой просматривается спальня.

За яркостью Рашидова жилища легко не заметить, что с точки зрения планировки все здесь устроено вполне разумно. Квартира четко делится на зоны. Спальня обособлена матовой раздвижной перегородкой, а в зоне прихожей и кухни-столовой понижены потолки. Это проверенный способ сделать небольшое пространство более сложным, а гостиная с окнами во всю стену благодаря такому соседству кажется еще более светлой и ­просторной.

Фрагмент гостиной. Стеклянный столик Splash Coffee Рашид разработал для марки Tonelli, шезлонг-трансформер (его можно превратить в обычное кресло) Dragonfly — для Bonaldo, а двухуровневый столик Nuage на заднем плане — для Elite. Настольная лампа Kinx — его работа для FontanaArte, а торшер Solium он придумал для Artemide. На стене — работа Питера Хелли.

Фрагмент гостиной. Стеклянный столик Splash Coffee Рашид разработал для марки Tonelli, шезлонг-трансформер (его можно превратить в обычное кресло) Dragonfly — для Bonaldo, а двухуровневый столик Nuage на заднем плане — для Elite. Настольная лампа Kinx — его работа для FontanaArte, а торшер Solium он придумал для Artemide. На стене — работа Питера Хелли.

В жилой зоне нет ни одного предмета привычной формы, и чтобы объединить этих “мутантов” в единый ансамбль, хозяин поставил их на круглый ковер с концентрическими кругами. А еще в квартире много белого – это и стены, и пол, и даже часть мебели. Вместе они обеспечивают нейтральный фон для по-настоящему ярких предметов и арт-объектов, которых тут тоже немало. В общем, это очень поучительный интерьер: эксперименты не отменяют проверенных решений, а наоборот, создают для них отличную базу. Особенно в ­маленькой квартире.

Кухонную мебель Рашид спроектировал для марки Luca Boffi.

Кухонную мебель Рашид спроектировал для марки Luca Boffi.

Прихожая. Комод сделан хозяином для Luca Boffi, зеркало Oskar — для B-line. Абстрактная скульптура — работа Захи Хадид.

Прихожая. Комод сделан хозяином для Luca Boffi, зеркало Oskar — для B-line. Абстрактная скульптура — работа Захи Хадид.

Обеденная зона. Стол Kat сделан хозяином для Redi, белые стулья Bounce — для Gufram, а розовый — прототип для марки Maiori. Ваза Rocchetto по дизайну Этторе Соттсасса, блюдо Cauliflower сделано Натали дю Паскье для Memphis. На стене работы Петера Циммермана и Герольда Миллера.

Обеденная зона. Стол Kat сделан хозяином для Redi, белые стулья Bounce — для Gufram, а розовый — прототип для марки Maiori. Ваза Rocchetto по дизайну Этторе Соттсасса, блюдо Cauliflower сделано Натали дю Паскье для Memphis. На стене работы Петера Циммермана и Герольда Миллера.

Этажерка с аксессуарами по дизайну Рашида. В эту компанию затесалась кофеварка Vesuvio Espresso Maker (Гаэтано Пеше) — она слева на ­верхней полке.

Этажерка с аксессуарами по дизайну Рашида. В эту компанию затесалась кофеварка Vesuvio Espresso Maker (Гаэтано Пеше) — она слева на ­верхней полке.

Спальня. Кресло Fauteuil Kat по дизайну Рашида для Redi, зеркало Scoop — для Deknudt, этажерка Plasmatik — для Tonelli. На ней цветные кроссовки и вазы по дизайну Этторе Соттсасса и хозяина дома.

Спальня. Кресло Fauteuil Kat по дизайну Рашида для Redi, зеркало Scoop — для Deknudt, этажерка Plasmatik — для Tonelli. На ней цветные кроссовки и вазы по дизайну Этторе Соттсасса и хозяина дома.

В спальне кровать Filo Platform, Pianca, прикроватный столик Flamingo по дизайну Микеле де Лукки. В изголовье картина Big Pharma работы Беверли Фишмана.

В спальне кровать Filo Platform, Pianca, прикроватный столик Flamingo по дизайну Микеле де Лукки. В изголовье картина Big Pharma работы Беверли Фишмана.

В ванной розовый приемник, Lexon, и ковер по эскизам хозяина, Grund.

В ванной розовый приемник, Lexon, и ковер по эскизам хозяина, Grund.

Текст: Робер Колонна д’Истрия/­Анастасия Ромашкевич

Статьи

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

*

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>